Image
***

…Так странно стать улиткой голой,
И кожей беззащитно-нежной
Потрогать этот мир безбрежный.
Была немой, но потеряла
Я немоту – и слово стало
Моим изнеженным ребёнком:
Теперь играю рифмой тонкой.
И слепоту я потеряла:
Зачем мне домик мой нарядный?
Вот засветилась капля радостью,
И зазвучало слово радугой.
О, потеряла я невинность!
Всей кожей чувствую и вижу
Призыв любви и дрожь желанья,
И отклик тела долгожданный.
За что досталось мне такое?
Я потеряла вкус покоя.
Как мне в обычном и известном
Увидеть промысел небесный?


***

Где Адам?

Я – Ева.
               Где же мой Адам,
Кому запретный плод отдам?
Кто, не боясь небесной кары,
Не дрогнув, примет мой подарок?

Я – Ева.
               И в любое время
Я ожиданием беременна:
Нескромной ласки, взгляда тайного,
Прикосновения случайного.

Я – Ева.
               Я – сосуд терпения.
Умею нянчить настроение
Дождя и ветреной простуды,
Твои капризы и причуды.

Всё рассчитаю очень тонко –
Тебе, ребёнку, дам ребёнка…

***

Мы были на одной волне,
Когда я мчалась на коне
С колчаном чутких стрел у пояса,
В твой сон влетев с безумной скоростью.

Качались на одной волне,
Когда ты, наклонясь ко мне,
Искал в глазах ответной искры –
Звала, тянула бездна риска.

Как удержаться на волне,
Её безжалостной спине?
Волна капризна и изменчива,
А мы – лишь брызги в море вечности.

Как зыбко! По крутой волне
Ты сможешь ли шагнуть ко мне?

***

Я – жажда.
               Если ты не рядом,
То и тогда достану взглядом.
Давай, влюблённость разыграем.
Боишься? Позабудь о рае.

Я – жадность.
               Ненасытность губ
Моих в тебе пробудит грубость.
Ты сцену ревности сыграешь,
А я люблю ходить по краю.

Я – жертва.
               Жду. Сосок мой острый
Прожжёт, как спичка, свитер толстый –
И ты сгоришь, но мне не жалко:
Что за сраженье без пожара?

Заманчива любви игра.
Не говори, мой друг, пора…

***

Триптих

1

Ты ищешь огонёк свечи,
Мой друг? И телефон кричит
О том, вчерашнем, что растаяло,
А ты ещё во власти тайны,

И в памяти твоей не тает
Моя податливая талия
И неподатливые губы,
И юность, чистая и глупая.

2

Зачем ты звал меня царицей?
Я не смогла, как та девица,
Тебе родить богатыря
Ни до, ни после сентября.

Себя пытаясь обмануть,
Мы проскучали длинный путь.
Обман раскрыт, корона сброшена,
И есть ли смысл искать хорошее?

3

Ты – изощрённая жестокость:
Смотреть, как истекаю соком,
Не замечать, как мучит жажда –
Куда ушла мужская жадность?

А я опять в монгольской коннице
Скачу, ищу стрелу у пояса –
Твой рок, расплата. Но не бойся:
Ведь конница с рассветом скроется.

***

Мелькнуло вдруг в толпе лицо,
Задело цепким, дерзким взглядом.
Вот посмотрел – ещё, ещё…
Случайно ли? Судьбе ли надо?

А может, это дань весне:
Она уже в затылок дышит.
И что-то вздрогнуло во мне –
Ведь взгляд кричал:
               Ты где?
                   Ты слышишь?

***

Не понимаю я причину:
Далась же мне твоя морщинка!?
Какая в ней сидит опасность?
И для чего лицо украсила?

И тянется рука невольно
Погладить – но ведь ей не больно?
Поцеловать – зачем ей ласка?
Да и какая в этом сладость?

***

Ещё притягивают взгляды
Обтянутые юбкой мышцы,
И легкомыслие наряда
Скрывает мысли.

Глаза бесстыдные горят,
А я иду беспечно мимо
Мужчин, ровняющих асфальт,
Я – чай жасминный,
               ваш любимый!

***

Что женская душа – потёмки,
Так это ясно и ребёнку.
Не любят гордые мужчины
Впотьмах блуждать у половины.

Не любят сильные мужчины
Внезапных слёз – (не без причины),
Расспросов и нежданной ласки –
Это не даст над ними власти.

Не открывайте душу, женщины:
Она мужчинам не обещана.
А если нечего открыть,
То лучше и не может быть.

И мир таким бы был разумным,
Будь женщина благоразумна:
Прощать и, как это ни странно,
Любить, слегка припудрив раны.

***

Сижу не в зале – у экрана,
И не смешно – нелепо, странно –
Я, будто в трансе, замираю:
Как этот голос мной играет.

В нем – жадная мужская сила,
И власть ее необъяснима.
И я отдам за этот голос,
За эти руки, эти волосы,
За ямочку на подбородке,
За сильный и зовущий рот –

Всё! Пусть камнями закидают,
Пусть дымом над костром растаю,
Лишь он моей любви достоин:
В нём – жизнь,
               и он –
                   полжизни стоит!

***

Крадётся львица – нежный шаг:
Пасётся крупный бык в саванне.
Миг выждать – жертву подождать,
Тогда клыки вонзятся сами.

А люди? Та же божья тварь,
И средства – те, другие – цели:
Льву – пища, ей – любви угар,
Но боль любовь не обесценит.

Любил, жалел, да не зажёг.
Но ветра вкус она попробует –
Как точно выверит прыжок!
И в мёртвой хватке –
               «круторогий»!

***

Мужчины, повезло вам с Евой:
Она вас приобщила к древу
Познания. И умных, и бездарных –
Всех любит , всех, неблагодарных!

Приветлива, мила, покорна,
Пусть капельку упряма, вздорна,
Но – бескорыстна. Подставляют сами
Мужчины шею: запрягай их в сани!

***

Прародительская Память
…не дано познать
То Слово,
               что всему начало.
Но эти знаки –
               как назвать?
И как понять,
               что зазвучало?
И как суметь
               их другом стать?
Потрогать,
               не боясь пораниться,
Свою судьбу в них угадать…

***

Потерян мир. И болью ранит мука.
Готовит кару – небо, бездна – плен.
Что остаётся нам?
               Держаться друг за друга.

Ладонь судьбы, согрей заблудших нас!
Ведь зло, прельщая, тянет руки.
Но только бы луч солнца не угас!
Мы сможем,
               мы должны держать друг друга.

И что хитрить? Ведь это наше зло.
Да, мы – его завистливые слуги.
И где теперь нам вырастить добро,
Чтобы понять
               и полюбить друг друга?

Земля моя! Мы – вместе, мы с тобой
В бесстрастном ледяном
               вселенском круге
Плывём, спелёнуты одной судьбой.
О боже!
               Как нам удержать друг друга?

***

В Архангельском
соборе Кремля


Как звуки плакали и пели
В небесно-голубой купели!
И, напитавшись божьей силой,
Открыли свет невыносимый.
Прозревшая душа кричала:
О господи! Твоё я чадо!
Спаси и не оставь в безверии,
И дай по силам крест примерить.
Лишь позови – уйду бездомной,
И сердце станет столь бездонным,
Что примет боль людскую, муку
И предстоящую разлуку.
К ногам святых на бледных стенах
Упасть хотелось на колени,
Вымаливать прощенье, зная,
Как краток дар земного рая!

***

Музей в Каире
Мы вошли – и вонзился ужасный
Взгляд шакала Анубиса властного,
Стража смерти, чтоб не было страшно
Перейти в это царство бесстрастное.
Как младенцы, укутаны мумии,
Их страданье давно уже умерло.
Одиночество. Мрачно-торжественно.
Так безжалостно, так небожественно.
А цветные полотна богатые
Плотно прячут, что было когда-то
Мягкой плотью и нежной улыбкой:
Смерть ведь тоже не любит ошибки.
Те, что в глине, – простолюдины,
И изломаны строгие линии,
А провалы бездонных глазниц
Бесприютны без чутких ресниц.
Смерть отметила каждую разно:
То простым полотном, то раскрашенным.
Все уже далеко, где-то в вечности.
Как печален тот путь бесконечный!

***

Так уготовано богами:
Катить наверх тяжёлый камень.
Благословенно восхождение –
Душе награда, путь к спасению.

Но разве это не жестоко –
Горячим обливаться потом?
Ведь волею богов капризных
Тот камень снова рухнет вниз.

И много прожито веков –
О, тяжесть вечная грехов!
Нет сил поднять Сизифов камень –
Но прародительская память!

***

Дождь в Коломне

В «лесах» израненные храмы –
Бесславный стиль жестокой драмы.
И мы, предатели невольные,
Лишь прикоснувшиеся к боли,
Гонимые дождём и ветром,
Нашли приют под сводом веры.

На стенах – вечная наука:
Грехи протягивают руки;
Бредут, в отчаянье рыдая,
Адам и Ева, гости рая.
О, наши предки легковерные,
Простите забытьё безверия.

Отверзлось небо – нас очистить.
И мы получим всё по чину:
Ударит – болью, брызнет – радостью.
И что роптать под этой благостью

***

Памяти моей матери
Евгении Семёновны


Лишь тайны от тебя остались.
А на бедре – печатью зла
Судьба зачем-то расписалась.
Отметила. Потом –
               расправилась.

Нарушила запрет родительский?
Да, без венца – любовь заставила.
И как предательски похитили!
Исподтишка
               судьба расправилась.

Была любима? Я не знаю.
Соломенной вдовой металась,
Под ноги красоту бросая.
Судьба, смеясь,
               за всё расправилась.

И верила, но разуверилась:
Жизнь караулы сплошь поставила.
Тяжёлый крест себе примерила,
Но всё-таки
               судьба расправилась!

Любовь больная мне досталась:
Была себе я предоставлена,
Теплом семьи не напиталась.
Судьба играла,
               но не справилась.

Я кару не хочу нести,
Я выживу – вдруг шанс представится:
Ведь ты меня уже простила?
Не дай судьбе
               со мной расправиться!

***

Мы изощряемся в иронии,
Не замечая: мир в агонии.
И поражаемся величию
Обласканных толпою личностей.

Но мир обличие теряет,
Когда вожди судьбой играют;
И в тень уходит красота,
Когда от слова зла осадок.

А держат мир на тонкой ниточке
Свист серебристый серой птички,
Ребёнка тёплое дыханье
И данный богом крест страданья.

Убийцами не убиенная
Нас в храмах ждёт краса нетленная.
Пусть крылья ангелов отбиты,
Но слышите?
               Слова молитвы.

***

Жизнь обольстит
Уймите безрассудства скорость!
Пусть бег её забудет поезд –
И купола проглянут синие,
И стены белые, старинные.

Спокойно выйдем из вагона –
И нас обнимет жизнь перрона:
Горячих пирожков дыхание,
А лакомства! Им нет названия.

Кусочек жирной рыбной плоти –
Какой соблазн! Скорей рассмотрим
И нежно пальчиком потрогаем,
Чтоб сохранить тот вкус в дороге.

Торговок крик однообразный
Подарит вдруг веселье красок,
Взгляд старика согреет ласкою
Дорогу, скатерть безопасную.

***

Пронзают кожу звуки скрипки –
И гаснут медленно улыбки.
Вот замирает звук в агонии…
Зачем мне знать секрет гармонии?

Боль растворяется в слезах,
Когда смотрю святым в глаза.
Душа стремится к благодати,
Но тело усмири, создатель!

Куда-то ускользают звуки,
И слово не даётся в руки.
Но вдруг заденет краем резко –
И всё заснувшее – воскреснет.

И пусть случайный взгляд – нечаянно
Сотрёт в моих глазах отчаяние,
И вздрогну под ладонью властной –
Как ласкова, но как опасна!

Жизнь щедро нам подарит краски:
И боль, и радость – всё отпразднуем.

***

Я в улыбке утоплю отчаянье,
Чтоб оно не вскрикнуло случайно.
И пусть будет наслажденьем высшим
Мой весёлый смех – он дышит!

Состраданьем погублю страданье,
Что прошло, то прошлому оставлю.
Господи, спаси от сожаленья,
Награди сочувствием, терпеньем.

На лицо надену маску светлую
И кивну прохожему приветливо,
И случайной страстью напитаюсь…

***

Забавная, как на экране
(Слегка затронет, но не ранит),
О жизнь, весёлый расточитель!
Но только где твоя обитель?

Мои желанья ждут во сне
И будят чаще по весне.
Моя любовь – в моей постели.
И что соперница мне сделает?

Жизнь – рядом как собака верная
На поводке, при мне. Доверчива.
Подруга. Злых людей не трогает,
Но тянет на свою дорогу.

И стали в сердце вдруг настойчиво,
Как в стёкла, рифмы биться,
               сводничать…
Собаку приласкала старость,
И дверь скрипит: она устала…

***

Вдруг заденет и остро и тонко
Плач взахлёб баловного ребёнка.
Боль обидная, боль нечаянная,
Но – мгновенная, беспечальная.

И так вкусно заходится криком
Этот крошка, притворщик великий:
«Гадкий камень, колено не трогай!
Убирайся скорее с дороги!
Я ещё под охраной родимых.
Божество – Я! Я – лучший! Любимый!»

Всё придёт – неудача, удача…
Но какая палитра у плача!
И рыдает старуха с надрывом–
Так безжалостно, так некрасиво!

***

Кадр из телефильма
«Адмирал»


Лицо пока ещё в плену,
Глаза закрыты, звук приглушен.
Колдует брадобрей: ему
Весь этот ритуал послушен.

Как плавно-бережно скользит
Бесстрашный скальпель брадобрея,
А пена хлопьями летит,
И кожа тонкая белеет.

И вот лицо – печать судьбы:
Какая беззащитность кожи,
Овал щеки, изгиб губы,
На лук Амура так похожий.

Всплывает нежность, как волна,
К той наготе лица прекрасной.
В ней тонкость женская видна,
И всё мужское ей подвластно.

***

Я затяну края у раны,
И детский голос, нежный, ранний,
Не растревожит вкус страдания.

Но холодеет рана бледная,
И краски жизни гаснут медленно,
А мир сжимается и слепнет.

И всё теперь невыносимо:
Бесчеловечно шва насилие,
Замолкла боль, кричит бессилие.

А жизнь и плачет и смеётся,
И в рану боль живая рвётся.
Она не может жить снаружи –

Тогда у жизни смысл разрушится.

***

В чём скрыта возраста примета?
Нет, не в желании покоя,
Не в прожитом – немного стоит!
А в жажде счастья – без ответа.

В чём скрыта времени примета?
Затормозит вдруг резко поезд –
Чужую жизнь покажет скорость
На призрачной платформе где-то.

О счастье говорят приметы:
Луч лёгкий солнечного света,
Слияние с водой прогретой
И ощущенье кожей лета.

И храма благодать – примета:
Глаза святых – так милосердны,
Ждут доброты, любви, усердия –
Всё просто: в счастье нет секрета.

***

Ты учишь сына резать хлеб –
Упругая, живая плоть.
И он так равнодушно – слепо
Дрожь крошек падающих ловит.

Мужской жестокости урок
Как путь к обманчивой удаче.
И рано или поздно – в срок,
Судьбой надёжной предназначенной,v
Пройдёт, как будто хлеб разрежет,
Сквозь женщину, в двери распятую,
Искать свой мир, жестокий, трезвый.
И эти жалкие объятья
               Плечом
безжалостным разрежет.

***

Лики войны
О лик войны, ты многолик:
Лик воина – калёный лик,
Вождя рябого рысий лик,
Лик Родины – предсмертный лик.

Тысячеликий бой как вой
Фугаса над большой водой;
Вой бабы с проклятой судьбой,
Над обескровленной избой
Кровоточащий волчий вой.

И по пятам ходила смерть,
Не страшно – больно умереть.
И к ней, курносой, привыкали:
Как знамя, смерть несли веками.

Но жизнь пробьётся на войне:
Солдаты вспомнят о весне,
Землянки тьму любовь осветит,
А от любви – родятся дети.

Зачем им снова профиль острый
И танка обгоревший остов?
Найдут ли к миру переправу?
Как ты сильна, войны отрава!

***

Вот посмотрите – женщина идёт,
А на лице, как сеточка, морщины.
И, может быть, её никто не ждёт…v И пусть! Зачем искать причину?

Её ласкала и ломала жизнь,
Щедроты в полной мере получила:
Любовь, обман, болезнь, детей каприз,
Но сетовать на это нет причины.

Ах, девочки, обидно аж до слёз,
Что до сих пор судьба не научила…
Опять бездарно, пошло и всерьёз
Вас бросили? – Невелика причина!

Глотайте радость, дождь ловите ртом!
И не пугайтесь, если вдруг – морщина.
В ней – тела крик и всё, всё, что потом…
Ведь жизнь –
               всегда,
                    везде,                        всему причина!

***

Прикосновение Разлуки
Прощай, отрезок жизни странной.
Прощай, желанный зов обмана.
И бег реки, и блеск волны –
Вы скоро превратитесь в сны.

На время сердце успокоится
И снизойдёт к лицу достоинство...
Нет, нет, не надо: преждевременно –
Мне не по силам это бремя!

***

Ты на мгновенье был мне послан,
Но я нелепо, неосознанно
Сопротивлялась полмгновенья,
Судьбы не слыша повеленье.
Но кто-то (видно, это свыше)
Заставил тот наказ услышать:
За полмгновение (крупица) –
Смогла насытиться, напиться.

***

И пусть ревёт тупая музыка,
А мы с тобой (я в брючках узких)
Сейчас станцуем нежность вечную
На зависть скучным парам встречным.

Тела сольются в ритме пламенном,
А рядом – командором каменным
Застынет прежняя симпатия,
Забыв подол одёрнуть платья.

О, счастье ветрено-изменчиво,
И раздражает нежность вечная
Толпу: ведь ей совсем не нравится,
Что этот вечер мне достанется.

И комары с их жалким писком
Покончат жизнь самоубийством,
Глотнув кипящей, грешной крови –
Наш поцелуй им всё откроет.

***

Глаза не закрывай –
               опасно:
                   Мы не увидим почерк страсти.
И рук не разжимай –
               рискованно:
                   Ведь ими я к тебе прикована.

***

Прикосновение разлуки –
И я твои целую руки,
И хрипоту гортань почувствует,
И станет поцелуй безвкусным.

Пульсирует неровно жилка
В запястье рук твоих, как жизнь,
Толчками бьющая по венам –
И ничего не переменишь.

***

Забыть тебя? Нет, не заставлю:
Тебе я растворила ставни…
И всё так ясно мне представится
Потом, когда с тобой расстанемся.

За нами скрипнут двери рая,
Но мы талантливо сыграем:
Всё откровенно, ярко, искренно.
Ложь – не найдёт,
               упрёк – не выстрелит.

***

Но почему же «никогда»?
Вчерашний день живёт и дышит.
Аккорд звучал – мы угадали –
И я твой крик экстаза слышу
               Всегда…
                  Когда морщинку вижу…

***

Интуиция и пепел
Меня тревожит тайна Слова,
А чувства – уколоть готовы.
Боль обожжёт, но вспыхнет светом,
Как молния, подруга лета.

***

Когда нам близкая душа
Поселится в желанном теле,
Как вздрогнет под ногами шар
Земной. И ты в судьбу поверишь.

Не обольщайся: мира нет
Между душой и этим телом.
Пусть сможет дать душа ответ,
Но телу-то какое дело?

***

Мой клён, зачем ты ветер слушаешь?
Он растревожит твою душу.
И затоскуют ветви старые:
«Эх, молодость,
               где ты растаяла?»

***

И всё же долго я не знала,
Что жизнь меня узлом связала.
И что желание – поддельное –
От понедельника
               до понедельника.

Теперь, как школьница, прилежно
В глазах ищу я блики нежности,
Забуду скромность (знаю как) –
От понедельника
               до понедельника.

***

Кукольное коварство

1

До них дотронуться нельзя,
Хотя бечёвка – не преграда.
Преграда – странные глаза,
Улыбка хищная – награда.

Они разглядывают нас,
Шут потешается над нами.
Мы под прицелом этих глаз,
Под башмаком у светской дамы.

2

Мой прапрапрадед Чингиз-Хан
Блистает красотой нездешней,
Затянут шёлком гибкий стан –
Скуластый принц, лихой наездник.

О, берегитесь белых рук:
Они на многое способны.
И арапчонок нам не друг,
Он тешится над нами, подлый!

3

Своим ключом открыли дверь,
Мне душу хитростью поранили.
Стоит на столике теперь
Принцесса, кукла из Германии.

Она – прелестный ангелок,
Хотя гримаса – непонятна:
В улыбке прячется порок.
Быть может, отослать обратно?

***

От сигареты – злой осадок.
Нет ни Эдема и ни сада.
Шестое затаилось чувство,
А на постели – пепел.
                               Пусто.

***

Я – скрипка, пусть и не настроена,
Пока ещё с фальшивым звуком.
Я – твоя совесть неспокойная,
Но это знают только руки.

И вот уже струна натянута,
И голос начал прорезаться,
И просится в объятья талия,
Но ты не смеешь прикасаться.

А звук внутри слегка вибрирует,
То громче, то нежней, то тише.
Не надо так бояться, милый –
Лишь под рукою скрипка дышит.

Ты крутишь на руке кольцо?
Зачем? Лишь в звуках скрипки – тайна,
Надежды вздох, забытый сон.
Пропустишь миг – и всё растает.

***

…наконец-то я свободна
И подружилась с одиночеством,
Но не стесняюсь принародно
Кокетничать, когда мне хочется.

Свободна от пустых восторгов,
Не вымогаю жадной жалости,
И, отметая злые толки,
Могу и колкостью ужалить.

Но участь Евы решена:
С влеченьем спорить – безнадежно.
Вкус губ твоих хочу узнать,
Мой друг.

***

Зачем,
               за что и почему –
Любимые вопросы женщин,
Но задают себе, ему –
Люблю, мой милый, жадно шепчут.

Немилосердный –
               мир любви,
Непостижимый и не вечный.
Не унижайся, не зови…
Зачем надежде жалко шепчешь?

Ты на вершине –
               тянет вниз –
Ведь женский сон, как зов, он вещий:
Кружат желанье, жар, каприз…
И чьё во сне ты имя шепчешь?

***

Душа – хозяйка в женском теле –
Мужчин прельщает сладким счастьем.
Но что же, красота, ты делаешь?
Зачем ты разжигаешь страсти?

О, « беззаконность» красоты!
Что, женщина, ещё ты хочешь?
Не растоптав, рыдаешь ты,
Унизив колкостью, хохочешь!

Есть жёны с ангельской душой:
Их нежной покоритесь власти.
Но как же тянет вас к другой
В объятья прелести опасной!

И Афродита не напрасно
Блистает телом без оков.
Но душу женщин видел ясно
Слепец, поэт Иван Козлов.

***

Славе Драгунову

Адам уходит. Навсегда.
Боль без конца и без начала.
Упрямо он идёт туда,
Откуда смертные – не возвращались.

Он был моим, меня ласкал,
И поцелуй был жадно-жарким.
Но почему он так устал?
Зачем он выглядит так жалко?

Где подбородок волевой?
Где красота волос упрямых?
Никто. Ничей. Теперь – не мой.
Как больно,
               страшно,
                   странно, странно…

***

Краски осенние, жаль, пропустила:
Ах, как щедра летней ягоды сила!
Я – и бездумная, я – и бездомная,
Чуткость сгубили желанья бездонные.

Листья беспечно ногой приминаю.
Как же упруга их сила земная!
В парке – прохлада, скамьи – отсырели,
Астры махровые вдруг поседели.

В шёпоте листьев – секрет угасания.
Нам не познать упоенье страданием,
И не понять, как, почти умирая,
Листья смеются, в экстазе сгорая.

***

Опять танцую я во сне:
Какое безрассудство жестов!
И власть твоей руки на мне,
Во мне – предчувствие блаженства.

Ты ощущаешь токи тела,
Загадка сна тебе подвластна.
И мы с тобой легко и смело
Играем беззаботным счастьем,

И цвет мои меняют волосы.
Кто ты? Где я? Всё так неясно…
Но что это? Откуда голос?
Готова ли платить за счастье?

***

Я в жизни всё хочу пройти:
Несчастье матери простить,
На лезвие косы наткнуться,
Чтоб в сон деревни не вернуться,
Убить отчаянье разлукой,
Умыть в котле любовном руки,
Строптивых вырастить детей,
Возненавидеть фальшь идей,
Глотнуть березового сока,
Стать меж успешных – одинокой,
И зарыдать в московском храме,
Впитав губами кровь на ране,
Обжечься красками земли,
И если б жажду утолить!
И если б точки все расставить!
И если б пережить усталость!
Помочь словам проникнуть в двери –
Чтоб наконец-то мне поверили.